Кешоков А. - Стихи - (читает автор), (Зап.: 1976г.)

 
Запись с грампластинки Всесоюзной студии звукозаписи «Мелодия» - Стихи в исполнении Алима Кешокова -
- (1) - Сердце на ладони.
- (2) - Мне слышен зов.
- (3) - Баллада о дереве.
- (4) - Путь всадника
- (5) - Горы молчат.
- (6) - Аварскому другу.
- (7) - Желаю здоровья.
- (8) - Мельница.
- (9) - Всадник в красном башлыке.
- (10 - Вино отдыхает.
- (11) - Лермонтову.
- (11) - Главная улица.
- (12) - Мама.
- (13) - Кинжал.
- (14) - Если сабельный мастер.
- (15) - Идёт в бессмертье скорбный поезд.
- (16) - Может, сердце поневоле .
- (17) - Плечом к плечу, товарищи мои.
- (18) - Слов на ветер предки не бросали.
- (19) - Как сердце, злобой заряженное.
- (20) - Полевая дорога.
- (21) - Мы с колыбельных дней.
- (22) - Горсть вечности.
- (23) - Земля относилась во все времена.

Алим Пшемахович Кешоков (кабард.-черк.: Кӏыщокъуэ Пщымахуэ и къуэ Алим) (22.07.1914г., селение Шалушка, Терская обл. - 29.01.2001г., г. Москва) - советский кабардинский поэт, прозаик. Народный поэт Кабардино-Балкарской АССР (1964). Герой Социалистического Труда (1990). Член КПСС (1941).

Переводы на русский - Я. Козловского, Н. Гребнева, С. Липкина.

Иллюстрации:
Кӏыщокъуэ Пщымахуэ и къуэ Алим

P. S.:

Алим Кешоков родился в большом и живописном ауле под названием Шалушка. В этом месте плоскость Кабардинского нагорья начинает ломаться, вздыбливаться, разверзаться ущельями, превращаться в Кавказские горы. Соседствуют здесь спокойные ровные дороги и крутые витиеватые тропинки, сочная свежая трава и белизна горных снегов, ревущие коричневые потоки и невозмутимые, бесстрастные синие озера, словно застекленные кусочки южного неба, грохотание обвалов и осыпей и глубокая тишина вершин, приподнятая к звёздам. Такова природа, которая по своему образу и подобию формировала и настраивала душу поэта. Но одна ли только природа участвует в строительстве личности, её самосознания, привязанностей, пристрастий, сыновней любви? Уж если природа создает и формирует певца для самой себя, то ещё в большей степени и с большей ответственностью, с возложением ещё более строгой миссии поэта ? сотворяет народ в сложном комплексе своём с устным древним фольклором, со сложившимися веками бытом, типом жилища, типом одежды, утвари, типом обычаев и обрядов, легенд и традиций, стремлений и чаяний, ну и, конечно с нынешнем днём. Огонь кабардинской пляски и стук подков по ночной дороге, горьковатый дым очаге и вкус кукурузной лепешки, многодневные свадьбы и голоса муэдзинов, скрип арбы и протяжные песни, насечки на серебре и мохнатая папаха, нависшая на острые живые глаза, медлительные беседы седобородых стариков и частоговорка повздоривших между собою горянок, шумные базары и удалая джигитовка, колосья на скудной каменистой земле предгорий и отары, ползающие по склонам гор, - таков уклад жизни, таковы некоторые штрихи быта, которые наравне с родной природой наполняли поэта тем, что составит потом содержание его поэзии. Но есть и ещё одно важное слагаемое, и называется оно - время. Одно дело многодневные свадьбы и мирные отары где-нибудь в XIX веке, а другое дело после 1917 года, в 1920-е годы, в 1930-е, в период ломки вековых устоев, в период перетряски тех самых примет старого быта а то и самой природы. Создание письменности, коллективизация, вовлечение молодёжи в комсомол, новые газеты, первые школы, приобщение народов Северного Кавказа к общему движению огромной страны и распространение её проблем на все без исключения большие и малые народы... Не будем гадать, как сложилась бы судьба кабардинского мальчика без тех коренных перемен в судьбе кабардинского народа, о которой только что говорилось. А в новых условиях она сложилась как двухлетняя сельская школа в 1926 году; школа- интернат (редактирование школьной стенгазеты, культпоходы по селам в летние каникулы, школьная самодеятельность удостоверение об «успешном окончании восьмой ударной ускоренной группы» в 1931 году, а затем филологическое отделение 2-го Северо-Кавказского пединститута; учение в Москве; возвращение в Нальчик руководство Научно-исследовательским институтом национальной культуры, вступление в партию, участие в Великой Отечественной войне, избрание депутатом Верховного Совета, присуждение Государственной премии РСФСР им/ Горького, участие (сегодня) в работе Союза писателей СССР в качестве одного из секретарей...
Поэзия Алима Кешокова разнообразна. Он рисует образ ветров (они называются фионы), которые, пролетая над землей и будучи горячими, иссушают горные склоны, а потом, достигая снежных вершин и охлаждаясь, возвращаются на высушенные ими места уже в виде росы. И хотя роса тоже благо, но все же она неспособна залечить те ожоги, которые нанесли земле фионы. Далее поэт делает вывод:
Так и люди иные - сначала
Зла наделают в жизни немало,
А наступит заката пора,
И спешат от грехов откупиться, но поздно и ничтожна частица Совершенного ими добра. («Фионы»)
Он рисует образ кинжала. Образ в какой-то степени традиционный для восточной поэзии. Но и этот образ находит у Алима Кешокова свое преломление. У кинжала два лезвия, обращенных спиной друг к другу. Но они делят между собой или один позор, или одну честь, заслугу, славу. Их два, но оба они - одно.
Мерцает сталь холодная сурово,
И я желаю более всего, Чтобы сливалась истина и слово,
Как лезвия кинжала одного.
(«Кинжал»)
С некоторой иронией, я бы сказал - с некоторым лукавством, поэт рассказывает о своей собаке, верном стороже. Он упрекает четвероногого друга за то, что тот так сердито, так недоверчиво встретил гостя, пришедшего в дом. Но пес оказался провидцем. Жизнь показала, что кунак был плохим другом и нанес горькую незабываемую обиду. Определений поэзии много. Годится, наверное, и ещё одно. Я думаю так: если на пересказ стихотворения нужно затратить больше слов, чем содержится в стихотворении, строке, строфе, то это заслуга поэзии.
Для дружбы просторны теснины.
Равнины - тесны для вражды
Попробуйте пересказать смысл этого четверостишья своими словами и вы убедитесь, что придёт затратить много слов, и притом у вас всё равно останется ощущение, что пересказали вы плохо, что в стихотворении было сказано лучше, выразительнее, сильнее. Да, основные слагаемые поэзии Алима Кешокова - природа, народ и время - переплавлены в тот общий благородный сплав, который и называется поэзией. Но горячий общественный темперамент поэта требует от него и более прямого и даже прямолинейного выражения. Алим Кешоков - поэт-гражданин, и лирика у него - вся - гражданская лирика. В данном случае мы говорим о стихах публицистического характера, о прямой наводке, как выразился бы какой-нибудь бывший артиллерист. Правда, с возмужанием, с обретением зрелости и мастерства они все больше уступают место глубине, уверенности интонации, внутреннему содержанию образа. Но как бы ни были выражены в стихах Алима Кешокова мысль и чувство, они остаются мыслью и чувством нашего современника, озабоченного всеми социальными, гражданскими, человеческими проблемами века, мыслью и чувством советского поэта, мыслью и чувством поэта-коммуниста.
И если мир нуждается в опоре,
Плечо к плечу, товарищи мои ! -
восклицает поэт, и невольно ощущаешь рядом плечо друга.
Стихи Алима Кешокова, замечательного советского кабардинского поэта, несут в себе доброту, обострённое чувство справедливости, любовь к труженику, светлое мироощущение и ответственность человека перед самим собой и перед временем за свои поступки, за свое общественное поведение, включая поэзию, разумеется, потому, что для подлинного поэта поэзия - это и есть его общественное поведение, а его поведение - это и есть его поэзия. - Владимир Солоухин -